auto_krator (auto_krator) wrote,
auto_krator
auto_krator

Categories:

Процесс Бухарина. Ч. 11а. Врачи-отравители. Левин. Ч. 1.

Продолжение. Предыдущую часть см.: https://auto-krator.livejournal.com/87321.html

Допрос доктора Левина.

ЛЕВИН. С Ягодой знакомство началось у меня еще с начала 1920-х гг.  Я лечил покойного Дзержинского, Менжинского.

Всем известно, что А.М. Горький с молодых лет болел туберкулезом в очень тяжелой форме. Эта болезнь часто осложнялась тяжелыми кровохарканиями... С 1928 г. он приезжал в Москву на летние месяцы...

Был установлен порядок, что в Италии он должен оставаться под наблюдением кого-нибудь из советских врачей. Так как я считался его постоянным врачом, мне было поручено подобрать группу врачей и профессоров, которые разделили бы это полугодие на три двухмесячника, чтобы каждый по 2 месяца оставался в Италии...

Дачи у меня не было и Ягода предоставил мне в собственность дачу в подмосковной местности,  я проживал в течение 5—6 лет в летние месяцы со своей семьей.

ВЫШИНСКИЙ. Специально выстроил для вас дачу?

ЛЕВИН. Нет, это не дача, но он предоставил мне в собственность...

ВЫШИНСКИЙ. То есть подарил вам дачу?

ЛЕВИН. Да, я смотрел на это как на подарок.

ВЫШИНСКИЙ. Оказывал Ягода вам содействие в ваших поездках за границу, устранял различные таможенные формальности?

ЛЕВИН. Да, он давал знать на таможню, что меня можно пропустить из-за границы без [осмотра.

ВЫШИНСКИЙ. Как вы это использовали?

ЛЕВИН. Я привозил вещи жене, женам своим сыновей, детские вещи, женские вещи, привозил мелкие подарки на службу...

ВЫШИНСКИЙ. Одним словом, все, что хотели, привозили беспошлинно, бестаможенно?

ЛЕВИН. Да, но это не были ценности...

ВЫШИНСКИЙ. Конечно, вы же не торговали этими ценностями.

ЛЕВИН. Я привозил их для родных...

Я не считал это естественным и законным, но я знал, что это практикуется достаточно часто.

ВЫШИНСКИЙ. Кем практикуется, и откуда вы это знали?

ЛЕВИН. Я знал, что целый ряд людей пользуется дипломатическими паспортами и т.д.

ВЫШИНСКИЙ. Значит, вы рассматривали себя вроде как дипломата. (Смех в зале.)

ЛЕВИН. Нет, конечно, я себя так не рассматривал.

ВЫШИНСКИЙ. Вы понимали, что вы пользовались грубым нарушением советских законов и шли на это беззаконие из-за корыстных целей?

ЛЕВИН. Да, я понимал. Но должен сказать, что убытки государству от этого были очень маленькие, я привозил каких-нибудь пару галстуков, мелочь...

В 1932 г. Алексей Максимович решил совсем переехать в Москву со всей своей семьей. В составе семьи был его сын Максим Алексеевич Пешков. [В начале 1933 г. зимой во время одного из моих посещений Ягоды, во время прогулки у него на даче он начал со мной разговор, к которому несколько раз потом возвращался, разговор относительно сына Алексея Максимовича — Максима Алексеевича Пешкова.

Он говорил, что он недоволен его образом жизни, его поведением. Недоволен тем, что он не прикасался ни к какой работе, что ничем не занимается. Недоволен тем, что он злоупотребляет спиртными напитками. Но это был такой разговор, который более или менее соответствовал тому, что к тому времени М.А. Горький, будучи отцом двоих детей, не имел никакой обязательной работы, обязательного труда, не имел определенных занятий, просто в доме отца жил...

Он оказывает на отца вредное влияние. Отец его любит, а он, пользуясь этим, его любовью и слабостью к себе и, пользуясь этим, привлекает к нему антисоветских людей, создает нежелательное и вредное окружение в доме у Алексея Максимовича... Нужно сделать так, чтобы он погиб.

ВЫШИНСКИЙ. То есть?

ЛЕВИН. Добиться его смерти.

ВЫШИНСКИЙ. Значит, его убить?

ЛЕВИН. Конечно.

ВЫШИНСКИЙ. И Ягода, значит, предложил вам осуществить это дело?

ЛЕВИН. Он сказал — «вы должны нам в этом помочь»...

Вы никому не сможете об этом рассказать. Вам никто не поверит. Не вам, а мне поверят... Он еще раз повторил, что невыполнение этого грозит гибелью и  мне и  моей семье.

...вообще ввести нового врача в дом Алексея Максимовича очень трудно, там этого не любили. Но есть один врач, который все-таки бывал у Максима Алексеевич во время одного из моих отпусков, это — доктор А.И. Виноградов из Санчасти ОГПУ. Его хорошо знал Крючков. ...единственный консультант, — это профессор Дмитрий Дмитриевич Плетнев...

Менжинский с первых лет революции  был моим пациентом постоянным. В 1926 г. у него был тяжелейший припадок грудной жабы, огромнейший силы. Я с большим трудом тогда выцарапал его из ногтей смерти. Остатки этого припадка 1926 г. были очень резко выявлены на вскрытии после того, как он умер в 1934 г. Это был огромный инфаркт.

Я, как и вообще всякий терапевт, в этом состоянии мало мог ему помочь, и, как всегда в этих случаях бывает, начинают кидаться на чудеса. Одним из чудес тогда прозвучало такое средство профессора Шварцмана — миоль, которое он рекламировал как спасительное средство от грудной жабы. Шварцман был вызван из Одессы, и некоторое время он производил хорошее впечатление на Менжинского. Потом — разочарование в Шварцмане. Затем была другая реклама, начали шуметь вокруг Игнатия Николаевича Казакова, и тогда он (Менжинский) обратился к Казакову. Я отпал как врач...

...в октябре или ноябре он (Ягода) меня опять спросил — «как здоровье Менжинского?» Я сказал, что, по моим сведениям, очень плохо. Но он говорит: «Зачем же тянуть? Он обреченный человек».

ВЫШИНСКИЙ. Не говорил ли [вам Ягода, что необходимо убить Менжинского?

ЛЕВИН. Говорил.

ВЫШИНСКИЙ. И вы тогда сказали, кого для этого нужно привлечь?

ЛЕВИН. Доктора Казакова...

Он лечил лизатами, а лизаты приготовлял Казаков сам у себя в лаборатории.

ВЫШИНСКИЙ. Значит, он мог приготовить все, что угодно?

ЛЕВИН. Нет, не в том смысле, что влить яд в лизаты, а приготовить такие лизаты, которые бы не помогали, а вредили.

ВЫШИНСКИЙ. Это равносильно яду.

ЛЕВИН. Совершенно верно.

Тут я сказал Ягоде: «поскольку в курсе лечения бывают перерывы, паузы, а в период этих перерывов я бывал у Вячеслава Рудольфовича Менжинского, то я могу  соединить лизаты с каким-либо сердечным лекарством, которое в комбинации с лизатами могло бы приносить вред».

Спрашивают Казакова о встрече с Левиным.

КАЗАКОВ. Здесь он выразил сочувствие, что я изолирован от врачей, что на меня нападают врачи, и что я нахожусь в таком тяжелом состоянии. Он рекомендовал мне быть поближе к врачам, причем сказал: «с вами я поговорю особо». Я спросил: «О чем?». Он сказал: «О здоровье Менжинского».

ВЫШИНСКИЙ. Ближе к какому врачу или вообще к врачам?

КАЗАКОВ. Я держался в стороне, потому что была очень жестокая борьба...

При этой встрече я ему высказал свое недовольство по поводу того, что в марте месяце меня устранили от Менжинского. У Менжинского развивался хронно-сепсис. При встрече 5 марта я ему сказал, что это — хронно-сепсис.  Левин со мною не согласился, и в результате этого я был отстранен...

Он мне в резкой форме сказал: «удивляюсь я вам, что вы так рьяно взялись за лечение Менжинского и даже укрепили его здоровье, зря допустили его к работе». И дальше он сказал такую фразу, что «этим вы раздражаете Ягоду».

ВЫШИНСКИЙ. А вы что?

КАЗАКОВ. И он добавил, что это к добру не приведет... Поймите, что Ягода заинтересован в устранении Менжинского, и если вы не подчинитесь ему — Ягода с вами расправится».

ВЫШИНСКИЙ. Вы отрицаете, обвиняемый Левин, что вы запугивали Казакова?

ЛЕВИН. Я сказал, что я настолько запуган Ягодой...

ВЫШИНСКИЙ. Сам запуган?

ЛЕВИН. Я сказал, что бороться с ним не имею возможности.

Спрашивают Ягоду.

ЯГОДА. Я этого человека (Казакова) вижу первый раз здесь.

ВЫШИНСКИЙ. Значит, такого поручения вы Левину не давали?

ЯГОДА. Я давал поручение Левину переговорить...

ВЫШИНСКИЙ. С кем?

ЯГОДА. С Казаковым, но сам лично его не принимал.

...Я давал Левину поручение об умерщвлении Алексея Максимовича Горького и Куйбышева, и только.

ВЫШИНСКИЙ. А насчет Менжинского?

ЯГОДА. Ни Менжинского, ни Макса Пешкова я не умерщвлял...

ВЫШИНСКИЙ (Казакову). Ягода вас принимал?

КАЗАКОВ. Принимал.

ВЫШИНСКИЙ. Вы с ним разговаривали?

КАЗАКОВ. Да.

Рассказывает, как оказал помощь Менжинскому во время приступа.

Ягода пришел, в буквальном смысле слова, в ярость, и сказал мне:  «на Менжинского все махнули рукой зря вы возитесь с ним. Жизнь его никому не нужна, всем мешает. Я вам предлагаю вместе с Левиным выработать такой метод лечения, при котором можно было бы скорее закончить жизнь Менжинского... Я совершенно растерялся. Он дал понять, что он является фактически директором ОГПУ...

ЯГОДА. Этого человека я увидал в первый раз здесь. Я с ним не разговаривал никогда не эти темы.

ВЫШИНСКИЙ (зачитывает из дела). «Но он заявил, что не имеет доступа к Менжинскому, что постоянно лечащим доктором является Казаков, и что без него не обойтись. Я поручил Левину привлечь к этому Казакова». Вы это показывали, обвиняемый Ягода?

ЯГОДА. Я сказал, что показывал, но это не верно.

ВЫШИНСКИЙ. Почему вы это показывали, если это не верно?

ЯГОДА. Не знаю, почему...

ВЫШИНСКИЙ. Почему вы показывали неправду?

ЯГОДА. Разрешите на этот вопрос не ответить.

ВЫШИНСКИЙ. Вы отрицаете, что вы организовали убийство Менжинского?

ЯГОДА. Отрицаю...

ВЫШИНСКИЙ. Тогда ответьте на мой последний вопрос. Вы заявляли какие-нибудь претензии или жалобы по поводу разработки вопросов, которые производились на предварительном следствии?

ЯГОДА. Никаких.

ВЫШИНСКИЙ. Сейчас тоже не заявляете?

ЯГОДА. Нет.

Возникают вопросы к секретарю Горького Крючкову.

КРЮЧКОВ. ...Ягода мне сказал, что необходимо устранить Максима Пешкова.

ВЫШИНСКИЙ. Что значит устранить?

КРЮЧКОВ. Убить Максима... Он мне прямо сказал: в СССР будет скоро новая власть, новая власть больше соответствует вашим настроениям...

Он говорит: вы знаете, как Алексей Максимович любит Макса. Смерть Макса будет большим ударом по Горькому и превратит его в безобидного старика.

Ягода мне сказал, что вы раньше пили с Максом, а теперь начните его спаивать...

ЯГОДА. Нет. С Крючковым о заговоре я никогда не говорил.

ВЫШИНСКИЙ. На политическую тему говорили с ним?

ЯГОДА. Нет, я ему никогда не доверял.

ВЫШИНСКИЙ. Так что все, что говорил Крючков...

ЯГОДА. Все ложь.

...в отношении Максима Пешкова никаких поручений не давал, никакого смысла в его убийстве не вижу.

ВЫШИНСКИЙ. Так что, Левин врет?

ЯГОДА. Врет.

ВЫШИНСКИЙ. Казаков говорит ложь?

ЯГОДА. Ложь.

ВЫШИНСКИЙ. Крючков?

ЯГОДА. Ложь.

ВЫШИНСКИЙ. Крючкову по поводу смерти Максима Пешкова поручений не давали? Вы на предварительном следствии...

ЯГОДА. Я лгал.

ВЫШИНСКИЙ. А сейчас?

ЯГОДА. Говорю правду.

ВЫШИНСКИЙ. Почему вы врали на предварительном следствии?

ЯГОДА. Я вам сказал. Разрешите на этот вопрос вам не ответить.

Возвращаются к Левину.

ЛЕВИН. В результате наших совместных вредительских действий в мае месяце, почти в один день, день через день погибли и Вячеслав Рудольфович Менжинский и Максим Алексеевич Пешков...

Через несколько дней после похорон В.Р. Менжинского и М.А. Пешкова  меня снова вызвал к себе Ягода и сказал: «Ну вот, теперь вы совершили эти преступления, вы всецело в моих руках и вы должны идти на то, что я вам сейчас предложу, гораздо более серьезное и важное...

Затем он стал говорить мне о том, что в партии крепнет, растет большое недовольство партийным руководством,  смена власти неизбежна, предрешена и неминуема, что во главе движения стоят Рыков, Бухарин и Енукидзе. И т.к. это неизбежно, т.к. это все равно произойдет, то чем скорее это произойдет, тем лучше. А для того, чтобы это скорее произошло, для того, чтобы облегчить этот процесс, нам нужно устранить с политической арены некоторых членов Политбюро, а также Алексея Максимовича Горького — это историческая необходимость»...

«Алексей Максимович человек очень близкий к высшему партийному руководству, человек очень преданный... той политике, которая ведется сейчас в стране, очень преданный лично Иосифу Виссарионовичу Сталину, человек, который никогда не изменит, никогда не пойдет с нами по пути»...

Когда  Ягода меня спросил, кого я мог бы еще наметить. Я ему сказал, что это можно осуществить по отношению к такому человеку, который часто болеет, который нуждается в частой медицинской помощи, к члену Политбюро — Валерьяну Владимировичу Куйбышеву.

Передает слова Ягоды: «Кроме того, во всем, что касается Алексея Максимовича, Крючков может помочь, а в отношении Валерьяна Владимировича в курсе будет его секретарь Максимов»...

Валерьян Владимирович умер в начале 1935 г., в январе. Алексей Максимович — в 1936 г...

ВЫШИНСКИЙ. Подсудимый Ягода, в этой части вы подтверждаете показания обвиняемого Левина?

ЯГОДА. Да, подтверждаю.

Tags: Процесс Бухарина
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments